«Сибирская аграрная группа»: Россия остается страной колбасы


«Сибирская аграрная группа»: Россия остается страной колбасы

«Сибирская аграрная группа»: Россия остается страной колбасы

Председатель Совета директоров АО «Аграрная Группа» Андрей Тютюшев рассказал о тенденциях на рынке мясопереработки, новых активах компании и затратах на экологическую безопасность

— В 2019 году «Сибирская аграрная группа» заявила о том, что в 2021 году станет вторым крупнейшим производителем свинины в РФ. Вы довольны результатами прошлого года?

— Да, мы в целом удовлетворены. В 2019 году компания серьезно выросла. Сегодня наш агрохолдинг — это уже 11 производственных предприятий. Семь свинокомплексов от Урала до Бурятии, три мясокомбината и птицефабрика.

В 2019 году на всех наших свинокомплексах, за исключением тех, что мы купили несколько месяцев назад, уверенно росло среднее поголовье. По разным предприятиям рост составил от 3% до 178% к 2018 году.

По итогам 2019 года холдинг занимает 5 место среди российских производителей свинины. Однако стоит обратить внимание, что по сути второе место делят: Черкизово, Великолукский свинокомплекс, Аграрная Группа, Русагро и Агробелогорье.

В Томске, с которого 20 лет назад началась наша компания, на самом первом свинокомплексе Аграрной Группы, завершаем строительство четырех корпусов откорма общей производственной мощностью более 20 тысяч голов. Всего в прошлом году инвестиции в регионе составили более 1,5 млрд. рублей. Мы построили два комбикормовых завода, новые цеха свинокомплекса и так называемый цех под «гравицапу» для переработки отходов. Порядка 150 млн. рублей составили инвестиции в птицефабрику «Томская».

— Цены на свинину в 2019 году агрохолдинг устраивали? Что было определяющим на рынке?

— Основная тенденция в свиноводстве в прошлом году — это падение цен. Падение было в целом по отрасли, и оно не маленькое — в среднем по году 7%, а в отдельные периоды 3-4 кв. составляло более 20%. Но за Уралом, где находятся все наши свинокомплексы, оно не было таким сильным, как в центральной России.

На востоке страны цены упали значительно меньше. Чем дальше на восток, тем рынок свинины менее чувствительный. И он менее эластичный. Там меньше предложений и нет такого перепада цен во время дефицита. По предприятиям холдинга наименьшее падение цены было у нашего свинокомплекса в Бурятии.

— Сегодня «Сибирская аграрная группа» — одна из крупнейших за Уралом животноводческая компания. В прошлом году вы приобрели сразу два новых крупных актива — мясокомбинат и свинокомплекс «Кудряшовский» в Новосибирской области и свинокомплексы «Чистогорский» и «Славино» в Кузбассе. Так быстро, как в 2019 году, компания никогда не росла?

— Да. До цифры в 150 тысяч тонн свинины в год мы шли в течение почти 20 лет, а на 300 тысяч тонн мы выйдем уже в 2021 году. То есть, за два года мы удвоим объем. В прошлом году мы произвели 243 тысячи тонн. Эта цифра была бы существенно больше, если бы мы не поставили на санацию наше новое приобретение — «Чистогорский» комплекс в Кузбассе. Но к концу следующего года мы там начнем уже получать новых поросят.

— Что подразумевает собой санация комплекса в Кузбассе, который вы купили только в прошлом году? И почему вы не делаете этого со своим другим новым активом — свинокомплексом «Кудряшовским» в Новосибирской области?

— Санация «Чистогорского» очень серьезная. Она ведется с применением современных технологий и, по большому счету, уникальная пока для России. Мы вырезаем поголовье, полная дезинфекция всего комплекса, выдержка, чистка и реконструкция всех помещений. Весь цикл занимает около двух лет — 21 месяц. Что касается предприятия в Новосибирской области, мы в прошлом году задумывались и над его санацией. Но результаты лабораторных исследований и ветеринарной ситуации после покупки нас удовлетворили, поэтому мы вытянем предприятие без санации. Запуск третьей очереди «Кудряшовского» увеличит в Новосибирске производство на 20 тысяч тонн мяса в год.

— Как финансировались эти покупки в прошлом году? Это были деньги компании или вы привлекали заемные средства?

— Часть собственных средств, а часть заемных. Мы смотрим на финансовый поток холдинга в совокупности. Каждый год Аграрная Группа гасит определенный объем заемных ресурсов и приобретает новые. Те, которые мы гасим, теоретически можно лангировать. Все зависит от того, насколько выгодна или не выгодна для компании конкретная финансовая процедура. Сделки по покупке активов в Кузбассе и Новосибирске были большими, потому выплатить единовременно такую сумму невозможно. Кредиты, конечно, привлекались. Сделку в Новосибирске финансировал Сбербанк.

— Сибирская Аграрная Группа довольно часто идет на пике своего кредитного портфеля. Это такая политика компании, которая давно не молодая — в этом году агрохолдингу уже 20 лет?

— Мы всегда шли на пике кредитного портфеля. Но к моменту выхода на сделку по покупке «Кудряшовского» комплекса в Новосибирске, коэффициент отношения долга к EBITDA нашей компании был менее двух. Даже с учетом тех инвестиций, которые в 2020 году будут на этом предприятии и на свинокомплексе «Чистогорский», к концу следующего года этот коэффициент у нас все равно будет не больше трех. А по итогам 2021 года мы опять выйдем на коэффициент меньше двух, за счет вывода всех предприятий на полную мощность.

— У свинокомплекса в Новосибирской области, который вы купили в прошлом году, много пахотных земель и, судя по всему, вы продолжите там заниматься растениеводством? В прошлом году ваше предприятие в Красноярском крае также занялось производством зерновых. И в Томске у агрохолдинга сегодня развиваются проекты, связанные с растениеводством. Что вы ждете от этого бизнеса в целом и как компания собирается его развивать?

— Нет одинакового подхода к растениеводству во всех регионах. Если говорить про Красноярск, то, по большому счету, пока речь идет о работе с органическими удобрениями, которые вносятся на наши поля. Это отходы деятельности нашего комплекса в Красноярске. После свинокомплекса навозная фракция попадает в специальные лагуны, в которых проходит определенную выдержку и обеззараживание, результатом чего и является органическое удобрение. После этого тракторами оно выносится на поля, вспахивается и выращивается какая-то культура. Продукты растениеводства, который мы будем там получать, — только для внутреннего потребления. Речь пока в общем-то идет о незначительных объемах, но мы все равно должны это делать для соблюдения нормального животноводческого цикла. Поэтому в Красноярске мы будем выращивать ровно столько, сколько нам необходимо, чтобы правильно утилизировать отходы. До тех пор, пока не появится хорошее предложение по землям.

Такая же ситуация в Томске. Там растениеводство зависит исключительно от необходимости утилизации. Учитывая рост поголовья, связанный со строительством откормочных корпусов, будем вводить в оборот новые земли. Запланированы инвестиции на различную специализированную технику, КАМАЗы, зерноуборочный комбайн, всего на сумму 50 млн. руб. Но в Томске мало земли, поэтому развиваться некуда. Да и планов таких у нас в принципе пока нет. Причину могу объяснить так: для нас есть более интересные бизнесы. Тем более, что это не совсем наша специализация.

В Новосибирске ситуация немного другая. Сейчас у нас там порядка 80 тысяч гектаров пахотных земель. 63 тысячи гектаров из них возделывается и есть план по введению в оборот оставшихся. В прошлом году мы собрали 145 тысяч тонн зерновых, при средней урожайности 36 ц/га. Поэтому в развитии растениеводства в Новосибирской области мы заинтересованы и готовы рассматривать предложения по приобретению земель рядом с территорией нашего нахождения.

В Тюмени мы полностью обеспечиваем себя зерном, ничего дополнительно не требуется.

На Урале на сегодняшний день растениеводство связано с необходимостью утилизации отходов, однако принято решение об увеличении пахотных земель на территории Свердловской области. Поэтому ближайшая задача — полностью использовать наши земли (7500 га) и мы готовы рассматривать приобретение близлежащих сельскохозяйственных активов, так как потребность велика.

— Раз уж вы затронули тему утилизации нельзя не спросить про экологическую безопасность, связанную с деятельностью животноводческих компаний. Во-первых, мы говорим про еду, а, во-вторых, существует общая для всех животноводов проблема — утилизация отходов. Можно сказать, что ваши затраты на экологическую безопасность растут и эта проблема для бизнеса становится все дороже?

— Это так, да. За последние три года мы вложили в экологические решения в бизнесе колоссальные деньги — это почти 1,1 млрд. руб. Мы все живем в одной стране и в принципе тема экологии волнует каждого. И для нас всех это важная составляющая не только бизнеса, но и жизни.

Аграрный сектор сам по себе не простой. Нельзя сказать, что все туда рвутся, чтобы заниматься сельскохозяйственным производством. Но, когда там создаются еще и искусственные препятствия, условия для бизнеса становятся совсем непростыми. Я говорю не только о действиях многочисленных надзорных органов, которые довольно часто приобретают не совсем конструктивный характер, но и о массе разных избыточных регламентов и выдуманных правил, которые просто ведут к увеличению себестоимости продукции. У нас приравнивают отходы животноводства, которые превращаются в удобрение, к отходам, скажем, химического производства или ТБО.

Два года назад мы столкнулись с ситуацией, когда Россельхознадзор предъявил компании многомиллионный ущерб за причинение вреда почве. Мы с ними спорили, выиграли, но они же должны были понимать, что существует разница, когда ты берешь пробы почв на превышение ПДК под кучей навоза и в чистом поле? Понятно, что результаты анализов будут отличаться, но превышение ПДК под навозной кучей в четыре раза означает, что земля под ней удобрена в четыре раза больше, чем в чистом поле. Это не наносит никакого вреда почве. Мы это доказали в прошлом году, когда на этих полях под Томском, за которые нам предъявляли ущерб, урожайность ячменя у нас составила 40 центнеров с гектара. Это в зоне рискованного земледелия, где средняя урожайность едва дотягивает до 20 центнеров с гектара! Исходя из этого нам стоит делиться опытом со всей Томской областью как так «наносить ущерб», чтобы урожайность выросла до 40 ц/га.

— В прошлом году были ожидания, что российские животноводы выйдут на рынки свинины стран Юго-Восточной Азии и Китая, которые столкнулись с дефицитом этого мяса. В конце года были сообщения, что Сибирская Аграрная Группа начала свои первые экспортные поставки в этом направлении. Так вы вышли в Китай или нет?

— Нет, ни в Китай, ни в азиатские страны мы не вышли, хотя, ожидания такие у всех были, да. В прошлом году никакого экспорта мяса свинины в юго-восточном направлении не произошло. Я сейчас говорю только про мясо свинины, его не надо путать с разными субпродуктами, которые мы, действительно, экспортируем.

Однако в конце прошлого года были первые экспортные поставки во Вьетнам. Мы входим в список аккредитованных предприятий и во втором квартале начнем поставки свинины в эту страну. У Вьетнама, также, как и у Китая, перенаселенность и дефицит свинины. Но вьетнамский рынок не так сильно зарегулирован, как в Китае. Вьетнам — все-таки другая страна, она более открытая, чем Китай. На сегодняшний день дефицит мяса во Вьетнаме порядка 800 тысяч тонн. Это очень большой объем. Для сравнения скажу, что Россия в 2019 году произвела всего 4 млн. тонн в убойном весе.

Еще из интересных направлений есть Таиланд, Корея и Камбоджа, где мясо свинины потребляется в огромных количествах. Это перспективы 2020 года. Был, кстати, открыт реальный канал на Гонконг. Но на этот рынок в прошлом году мы не смогли пройти по цене. Цена поставок свинины в Гонконг была ниже, чем цена, которая сформировалась в РФ. При том, что в Китае цена на мясо свинины в четыре раза выше, чем в Гонконге, хотя юридически это одна страна. Рынок Китая очень ограничен и закрыт, хотя Китай — это 50% мирового потребления свинины.

Что касается нашего экспорта, у нас есть небольшие поставки в Монголию. И по приросту этих поставок мы лидеры в отрасли. Но с точки зрения величины всего рынка, да и с точки зрения даже нашей компании, они все равно мизерны. Еще в наших экспортных поставках есть Беларусь, Казахстан и Украина. По большому счету, пока весь экспорт агрохолдинга — это ближнее зарубежье.

— Год назад вы говорили о том, что в 2019 году начнете корректировать ассортимент в пользу продаж потребителям охлажденного мяса и полуфабрикатов. Как эта стратегия себя оправдала и что происходит с мясопереработкой?

— Стратегия себя оправдала. По сырым полуфабрикатам и продукции обвалки у нас рост 40%.

Что касается мясопереработки, то, если мы возьмем томский мясокомбинат, там рост практически по всем позициям и ассортименту. Если колбаса в целом по стране изначально в 2019 году показала отрицательную динамику, то в мясопереработке у нас в среднем рост на 16%. Для мясопереработки это очень хороший показатель. Мы не ждем такого роста по томскому предприятию в 2020 году, потому что оно у нас работает на полную мощность. Но надеемся на рост в переработке у наших компаний в Екатеринбурге и Новосибирске. В последнем у нас может быть рост объемов переработки в полтора раза по каждой позиции.

— Что вообще происходит с мясопереработкой в вашем бизнесе, как она меняется и как будет меняться, подстраиваясь под потребительские тренды?

— Колбаса и деликатесы имеют отрицательную динамику. Статистика показывает всего минус 0,4% по году, но, надо понимать, что много колбас и деликатесов производилось мелкими компаниями, которые в статистику никак не попадали. Их в статистике нет, и они с рынка уходят очень активно. Поэтому я могу предположить, что динамика рынка по колбасам и деликатесам намного более отрицательна, чем она отражена в статистике.

Это тенденция всего мирового рынка. Во всем мире колбасы потребляется в разы меньше на душу населения, чем в России. Там культура потребления давно сместилась на сырые полуфабрикаты.

— То есть Россия остается страной колбасы?

— Да, но тенденция есть, и она набирает ход достаточно быстро. И мы будем учитывать тенденцию и развиваться в этом направлении. Это стратегия компании.


Источник: plus.rbc.ru

19.02.2020
162

Статьи партнеров

Микоплазмоз распространен по всей территории РФ. Это заболевание — одно из наиболее часто встречающихся в птицеводческих хозяйствах. И одно из самых опасных — до 80% цыплят может...

17.02.2020
281

Владимир Иванович Смоленский, д.б.н., профессор Андрей Леонидович Киселев, д.б.н., профессор ФГБОУ ВПО «Московская государственная академия ветеринарной медицины и биотехноло...

05.02.2020
333

В настоящее время аспергиллез (пневмомикоз, брудерная пневмония, плесневый микоз, афлотоксикоз и др.) довольно часто встречающаяся болезнь в птицеводстве. Она характеризуется пор...

16.12.2019
1204

Ольга СУНЦОВА, кандидат ветеринарных наук СибНИИП — филиал ФГБНУ «Омский АНЦ» Алексей ЩЕГЛОВ, главный ветеринарный врач Алексей ЧИСТЯКОВ, главный зоотехник ООО «Агрофирма Рус...

19.11.2019
512

Синдром жирной печени, также известный как липидоз печени, обычно наблюдается у бройлеров или несушек на высококаллорийкых рационах. Данное заболевание очень схоже с неалкогольно...

06.11.2019
275

Принцип УЛЬТРАДИФФУЗИИ® был разработан в 1963 году доктором Кортьером, инженером-химиком из Пешине   и профессором Морё, основателем микробиологической кафедры Брестско...

04.09.2019
234

О. Сунцова, канд. вет. наук, ведущий научный сотрудник отдела ветеринарии сельскохозяйственной птицы СибНИИП — филиал ФГБНУ «Омский АНЦ» В. Родионов, заместитель генерального ди...

17.05.2019
493

Белоглазов П.Г., помощник коммерческого директора по направлению «ВЕТПРИБОР», ООО «ТД-ВИК» На сегодняшний день самым эффективным способом массового введения животным ветер...

25.03.2019
1307

Александр Слюсарь / ветеринарный врач компании Dostofarm GmbH (Германия)  Сальмонелл довольно часто можно обнаружить в желудочно-кишечном тракте птицы. Они не все...

18.02.2019
817

Ольга СУНЦОВА, кандидат ветеринарных наук СибНИИП — филиал ФГБНУ «Омский АНЦ» Антон ПРЫТКОВ, директор племенного хозяйства АО «Птицефабрика Верхневолжская» Сергей ВАСИЛЬЕВ, м...

18.12.2018
1065

О. Сунцова, канд. вет. наук, ст. научный сотрудник отдела ветеринарии СибНИИП — филиал ФГБНУ «Омский АНЦ», Э. Муль, главный ветеринарный врач ОАО ПФ «Свердловская», Т. Родион...

07.06.2018
1904

Статьи о птицеводстве

Жиры и масла — важные ингредиенты в составе кормов для птицы. Однако их усвояемость, а также ежедневный процент ввода, ограничены. Чтобы это исправить, в рацион бройлеров стоит в...

20.03.2020
64

Эдуард Кошевец, фермер из Владимирской области и автор интересных статей, не первый год занимается разведением перепелов. Давайте узнаем об этом поподробнее! - Расскажите, поч...

10.03.2020
107

Условия содержания птицы в современ­ных хозяйствах - это прежде всего со­средоточение на ограниченных площадях большого поголовья, использование много­ярусных батарей, создание и...

29.02.2020
304

Вступление Роль освещения при выращивании кур часто недооценивают, несмотря на то, что еще несколько десятилетий назад была доказана эффективность введения научно обоснованных...

20.02.2020
351

Автор обращает внимание специалистов на роли водя при выращивании птицы, потребность в которой связана с биологическими и физиологическими особенностями организма, условиями соде...

10.02.2020
278

Современное птицеводство – высокоразвитая отрасль российского животноводства. По данным Росстата, за 10 месяцев 2018 г. общий объем производства мяса птицы в Российской Федерации...

30.01.2020
520

О чем не скажет термометр? Сталкивались ли вы с ситуацией, когда бройлеры в возрасте 30 дней и старше были малоактивными или лежали с открытыми клювами, причем не летом, а зим...

20.01.2020
588

Производство мяса бройлеров в Российской Федерации за последние годы значительно выросло и приблизилось к уровню, обеспечивающему продовольственную безопасность страны и близкому...

10.01.2020
574

В данном случае речь идет об инкубационных и пищевых яйцах. Способов очистки скорлупы от загрязнений известно много. Для этого давно уже используется механическая сухая очис...

30.12.2019
798