Падение доходов населения приводит к усилению административного давления на торговлю

ФАС в очередной раз пытается бороться с потребительскими ценами.

В конце прошлой недели Федеральная антимонопольная служба объявила о начале проверок крупнейших торговых сетей на предмет антиконкурентного сговора: по официальной версии поводом для визита сотрудников ведомства в продовольственные магазины стали обращения граждан в связи с ростом цен на продукты. При этом столь пристальное внимание со стороны контролирующих органов тема получила еще в конце прошлого года после заявления властей о необходимости снижать стоимость базовых товаров. Следствием этого тогда стала временная заморозка цен на сахар-песок и подсолнечное масло – мера, в короткой перспективе действенная, а в долгосрочной – с большой долей вероятности дестабилизирующая рынок.
Вообще попытки сдержать рост цен на продовольственные товары различными административными механизмами – тема не новая, с завидной регулярностью она появляется в повестке с наступлением каждого нового электорального цикла.

Например, ранее ее активно эксплуатировали представители КПРФ, предлагая урегулировать структуру наценки на всех этапах товаропроводящей цепочки. Представители ЛДПР и вовсе недавно заявляли о необходимости составить «списки на арест», чтобы остановить объективное подорожание определенных категорий товаров.

Причем несмотря на предостережение Михаила Мишустина от вхождения в «регуляторный раж», на этот раз с инициативой законодательно ограничить торговую наценку выступил сам ФАС, хотя ему было поручено всего лишь «мониторить» ситуацию с ценами. Удивительно, но Минэкономразвития, в чью зону ответственности как раз и должен входить этот вопрос, осталось в стороне и в дискуссии не участвует. А прямой регулятор – Минпромторг, да и Минсельхоз даже не приняли участие в совещании с представителями бизнеса.

Впрочем, для ФАС такой подход вполне привычен. Как известно, ведомство много лет безуспешно пыталось бороться с ценами на авиационное топливо и даже судилось с нефтеперерабатывающими компаниями, с плавающими ценами на авиаперевозки (предлагало стабилизацию цен вне зависимости от даты приобретения билетов, то есть купить дешевле в день вылета или сильно заранее, как это работает сейчас, уже бы не получилось), с сотовыми операторами за цены на предоставление услуг населению. Правда, эффективность такого подхода сильно сомнительна, поскольку, предлагая конечному поставщику услуг и товаров в одностороннем порядке снизить стоимость для потребителя, он в принципе игнорирует саму бизнес-модель, по которой работает вся цепочка.

К тому же зачастую не только простые потребители, но и умудренные опытом эксперты путают два понятия: наценка и прибыль предприятия.

Так вот, прибыль предприятия входит в наценку (кстати она бывает не только торговая, но и, например, у производителей сырья или товара), но не равняется ей. Под наценкой понимают все расходы, которые предприятие несет в связи с производством или реализацией товара (коммунальные и налоговые платежи, оплата работы персонала, аренда помещения, покупка, аренда или обслуживание оборудования и т.д.) и его прибыль.

Если обратиться к официальной статистике, которую дает Росстат, то в структуре стоимости пшеничного хлеба, наценка производства, например, составит порядка 47%, причем почти 12% из нее приходится на прибыль предприятия, торговая наценка в общей стоимости товара не превышает 13,57%, а прибыль торгового предприятия находится в переделах 5%. В случае с пастеризованным молоком, к примеру, в общей структуре цены, в отличии от хлеба, будет учитываться еще и оборот посреднического звена – около 2%.

Проблема подхода, предложенного ФАС, заключается в том, что даже при самом простом анализе структуры ценообразования становится ясно, что ограничение торговых наценок не приведет ни к стабилизации цен, ни к повышению доступности товаров для потребителей. Даже с минимальными торговыми наценками рост стоимости производителей товаров будет неизбежно транслироваться на полку. А рост в текущих условиях будет. Валютные колебания, изменение стоимости кормов для сельскохозяйственных животных, рост стоимости сырья, изменение тарифов грузоперевозок, рост коммунальных платежей – все это выдавливает цену производителя вверх. И если сейчас этот рост может сглаживаться за счет демпфирования резких скачков самими торговыми предприятиями, то вводя очередные ограничительные меры против них же правительство буквально «стреляет себе в ногу».

Учтены ли риски для других игроков? Не получат ли потребители в конечном итоге компенсационный рост цен в других категориях? Не скажется ли это на взаимоотношениях торговых сетей и поставщиков продовольственных товаров?

Отсюда сомнения. Популистские решения зачастую очень привлекательны и кажутся самыми простыми и очевидными. Но мы не можем не понимать, что новая попытка государственного регулирование ценообразования (а регулирование наценок – неизбежно шаг к этому) - может привести обратно от рыночной экономики в плановую, к продовольственному дефициту, закрытию предприятий и сокращению рабочих мест. Поэтому хотелось бы видеть более системный подход, которые не сводился бы к ситуативному ручному регулированию за счет ограничений одного игрока рынка, а включал бы и меры по повышению благосостояния населения (от чего кстати зависит платежеспособный спрос), и стимулирующие меры для производителей, которые позволяли бы им компенсировать растущие издержки и инвестировать в собственное развитие и масштабирование. Кроме того, целесообразно развивать предпринимательскую инициативу и содействовать повышению уровня конкуренции. Именно так, с учетом всех потенциальных рисков, можно в долгосрочной перспективе работать на стабилизацию ситуации.

Автор — доктор экономических наук, профессор, руководитель департамента страхования и экономики социальной сферы ФГБОУ ВПО «Финансовый Университет»


Источник: gazeta.ru